Музыка Faserland
Роман Крахта насыщен звуком: от Snap и Eagles на Зильте до Twin Peaks и The Ink Spots на вилле у Боденского озера. Каждая отсылка привязана к строке немецкого оригинала и снабжена контекстом сцены. Ниже — полный каталог: где звучит, что значит, и сам трек, который можно прослушать прямо на странице. [DE L27] [DE L454]
23 упоминаний · 23 треков с прослушиванием · нажмите ▶ на карточке.
a really bad song by Snap
Карин вставляет кассету в магнитоле своего нового Mercedes — играет «совсем плохая песня Snap». Рассказчик надевает солнечные очки и смотрит в окно. Первый музыкальный фон романа: музыка как социальный маркер.
Немецкий оригинал
«Sie schließt ihren Wagen auf, und wir steigen ein, und es riecht innen noch ganz neu, nach Leder. Ich werfe meine Zigarette aus dem Fenster, während Karin losfährt, weil ich diesen neuen Geruch nicht zerstören mag und weil sie nicht raucht. Sie legt eine Kassette ein, und während ein ganz schlechtes Lied von Snap aus den Boxen kommt, überholt sie einen Golf, in dem ein ziemlich hüb-sches Mädchen sitzt. Ich setze meine Sonnenbrille auf, und Karin erzählt irgend etwas, und ich sehe aus dem Fenster.»
«Она открывает дверцу, мы садимся, и внутри машина еще пахнет как только что купленная, пахнет кожей. Я выбрасываю мою сигарету из окна, пока Карин включает зажигание, потому что не хочу портить этот запах новизны и потому что сама Карин не курит. Она вставляет в проигрыватель кассету, и пока из ящика доносится лажовая песня Snap’а, обгоняет какой-то «гольф», за рулем которого сидит на редкость хорошенькая девчонка. Я надеваю солнечные очки, и Карин что-то рассказывает, а я смотрю в окно.»
[DE L27] · [RU L13]
Hotel California
Бар Odin на Зильте. Кто-то за стойкой ставит «Hotel California» Eagles; заходит солнце, пёс Макс грызёт булочку — и рассказчик чувствует себя «проклято счастливым». Музыка как триггер мимолётного счастья.
Немецкий оригинал
«Danach bestellt sie zwei Flaschen Roederer, und als sie kommen, trinken wir jeder ein Glas auf ex, und jemand hinter der Bar legt Hotel California von den Eagles auf, und wie die Musik so spielt und der Hund Max sein Brötchen zerkaut und draußen die Sonne untergeht, fühle ich mich auf einmal so verdammt glücklich. Ich bekomme ein dämliches Grinsen, weil ich so glücklich bin, und Anne merkt das und fängt auch an zu grinsen, und jetzt grinst auch Karin und sogar Sergio muß lächeln.»
«После этого она заказывает две бутылки шампанского «Рёдерер», и когда их приносят, мы все выпиваем по бокалу, и кто-то за стойкой ставит на проигрыватель «Отель Калифорния» группы Eagles, и пока играет музыка, и собака Макс грызет свою хлебную горбушку, и за окном садится солнце, я вдруг сознаю, что чувствую себя абсолютно счастливым. Я глупо усмехаюсь оттого, что так счастлив, Анна замечает это и тоже усмехается, и вслед за ней усмехается Карин, и теперь даже Серхио не может не улыбнуться.»
[DE L47] · [RU L31]
Car Wash
Рассуждение о дискотеках: Найджел бы никогда не пошёл в дискотеку, хотя между техно- и эйсид-джаз-дискотеками есть огромная разница; рассказчик предпочитает места, где играют «старые вещи — Car Wash, например, или Funkytown от Lipps Inc.». Музыка как критерий социального различения.
Немецкий оригинал
«Nigel würde nie in Discos gehen, obwohl es da ja auch noch extreme Unterschiede gibt, zum Beispiel zwischen Techno-Discos oder Acid-Jazz-Dis-cos, wie sie immer im Prinz gelobt werden, oder Discos, wo ich lieber hingehe, weil da so ältere Sachen laufen, Car Wash, etwa, oder Funkytown, von Lipps Inc., oder Le Freak von Chic, eben wie im Traxx. Obwohl die ja dort auch nur noch Techno spielen.»
«Нигель никогда не пошел бы на дискотеку, хотя дискотеки тоже бывают очень разные – сравните, например, те дискотеки, где слушают техно или эйсид джаз, как в «Князе», и те, которые предпочитаю я и где крутят более старые вещи, скажем, Car Wash, или Funkytown группы Lipps Inc., или Le Freak в исполнении группы Chic, как в «Traxx». Впрочем, в «Traxx» теперь тоже сплошное техно.»
[DE L102] · [RU L82]
Funkytown
Вторая из «старых вещей», которые рассказчик предпочитает дискотечному мейнстриму: «Funkytown от Lipps Inc.». Пара с Car Wash — ностальгический маркер «правильной» дискотеки.
Немецкий оригинал
«Nigel würde nie in Discos gehen, obwohl es da ja auch noch extreme Unterschiede gibt, zum Beispiel zwischen Techno-Discos oder Acid-Jazz-Dis-cos, wie sie immer im Prinz gelobt werden, oder Discos, wo ich lieber hingehe, weil da so ältere Sachen laufen, Car Wash, etwa, oder Funkytown, von Lipps Inc., oder Le Freak von Chic, eben wie im Traxx. Obwohl die ja dort auch nur noch Techno spielen.»
«Нигель никогда не пошел бы на дискотеку, хотя дискотеки тоже бывают очень разные – сравните, например, те дискотеки, где слушают техно или эйсид джаз, как в «Князе», и те, которые предпочитаю я и где крутят более старые вещи, скажем, Car Wash, или Funkytown группы Lipps Inc., или Le Freak в исполнении группы Chic, как в «Traxx». Впрочем, в «Traxx» теперь тоже сплошное техно.»
[DE L102] · [RU L82]
Le Freak
Третья из «старых вещей» дискотеки: «Le Freak от Chic, как раз как в Traxx». Трио Car Wash / Funkytown / Le Freak определяет, что рассказчик считает правильной дискотекой — в противовес техно, которое теперь играет даже в Traxx.
Немецкий оригинал
«Nigel würde nie in Discos gehen, obwohl es da ja auch noch extreme Unterschiede gibt, zum Beispiel zwischen Techno-Discos oder Acid-Jazz-Dis-cos, wie sie immer im Prinz gelobt werden, oder Discos, wo ich lieber hingehe, weil da so ältere Sachen laufen, Car Wash, etwa, oder Funkytown, von Lipps Inc., oder Le Freak von Chic, eben wie im Traxx. Obwohl die ja dort auch nur noch Techno spielen.»
«Нигель никогда не пошел бы на дискотеку, хотя дискотеки тоже бывают очень разные – сравните, например, те дискотеки, где слушают техно или эйсид джаз, как в «Князе», и те, которые предпочитаю я и где крутят более старые вещи, скажем, Car Wash, или Funkytown группы Lipps Inc., или Le Freak в исполнении группы Chic, как в «Traxx». Впрочем, в «Traxx» теперь тоже сплошное техно.»
[DE L102] · [RU L82]
Pet Shop Boys (playing)
Вечеринка у Найджела. В гостиной играют Pet Shop Boys, девушка посередине танцует «сексуальный танц». Рассказчик смотрит, «хотя Pet Shop Boys ему не очень нравятся». Музыка как фон чужого мира.
Немецкий оригинал
«Anne redet auf diesen Fischer ein, und ich sehe genau, daß sie mit ihm flirtet, und das ekelt mich an, nicht weil der Typ schlecht aussieht, sondern weil ich eifersüchtig bin. Na ja, eifersüchtig ist nicht ganz richtig, eher bin ich gekränkt. Also kippe ich das Glas herunter und schenke mir ein zweites ein, klemme die Zigarette zwischen die Lippen, schnappe mir die Prosecco-Flasche und laufe aus der Küche. Wenn die beiden mich gesehen haben sollten, lassen sie es sich jedenfalls nicht anmerken. Ich gehe ins Wohnzimmer, wo gerade die Pet Shop Boys laufen und ein Mädchen in der Mitte so einen sexy Tanz aufführt, richtig mit Hüften wiegen und so. Ich sehe mir das eine Weile an, obwohl ich die Pet Shop Boys nicht so richtig mag, trinke dabei noch ein Glas Prosecco und rauche eine Zigarette.»
«Анна, значит, разговаривает с Фишером, и я прекрасно вижу, что она с ним заигрывает, и мне это противно – не то чтобы мне не нравилось, как выглядит этот тип, а просто потому, что я ревную. Впрочем, «ревную» – не совсем правильное слово, скорее я чувствую себя задетым. Я залпом выпиваю бокал, наливаю себе второй, зажимаю сигарету в зубах, хватаю бутылку «Просекко» и выбегаю из кухни. Хотя оба они должны были меня видеть, по ним этого не скажешь. Я иду в комнату, где как раз крутят песни в исполнении Pet Shop Boys и в середине какая-то куколка исполняет весьма сексуальный танец – вращает бедрами и все такое. Я некоторое время наблюдаю за ней, хотя вообще-то не очень люблю Pet Shop Boys, одновременно выпиваю еще один стакан «Просекко» и выкуриваю сигарету.»
[DE L111] · [RU L91]
You'll Always Find Me in the Kitchen at Parties
Кухня — самое переполненное место вечеринки. Рассказчик вспоминает старый хит Jona Lewie, который в Залеме слышал «миллион раз на дню». Песня «так пугающе точна» для этого момента в неоновой кухне. Самоосознающая цитата.
Немецкий оригинал
«Die Flasche Prosecco ist leer, ich habe sie fast alleine ausgetrunken, bis auf ein halbes Glas, das ich vorhin verschüttet habe. Ich merke, daß ich betrunkener bin, als ich dachte, brauche aber noch mehr, weil ich den Grad erreichen will, der kurz vor dem Vollrausch eintritt, noch nicht der Moment, wo der Boden schwankt und die Augen schmerzen, aber den Augenblick kurz davor. Also gehe ich in die Küche und hole mir noch eine Flasche aus dem Kühlschrank. Der Fischer und die Anne sind weg, dafür ist die Küche jetzt voller geworden, eigentlich das vollste Zimmer auf der ganzen Party, und ich muß an den alten Jona Lewie-Hit denken, den ich früher in Salem jeden Tag mindestens eine Million mal gehört hab: You ,// always find me in the Kitchen at Parties. Dann muß ich grinsen, weil das Lied mir so unheimlich zutreffend erscheint, so richtig perfekt, für diesen Augenblick in dieser blöden Neon-Küche.»
«Бутылка «Просекко» пуста, я один вылакал ее почти целиком (за исключением половины ботла, разлитой в самом начале). Я замечаю, что натрескался сильнее, чем мне казалось, но хочу выпить еще, чтобы достичь той стадии, которая наступает незадолго до полной отключки, – не того момента, когда пол качается под ногами и появляется резь в глазах, а того, что непосредственно ему предшествует. Я, значит, сваливаю на кухню и достаю из холодильника еще один ботл. Фишера и Анны уже нет, но на кухне народу хватает, собственно, сейчас это самое переполненное помещение на всей тусовке, и я невольно вспоминаю старый хит Ионы Леви, который раньше, в Залеме, слышал как минимум по миллиону раз на дню: You’ll always find me in the kitchen at parties.[10] Я ухмыляюсь, потому что песня в аккурат подходит к настоящему моменту и к этой долбаной кухне, залитой неоновым светом.»
[DE L118] · [RU L98]
Twin Peaks theme
В той же комнате играет мелодия, которую рассказчик сначала не узнаёт, потом вспоминает: «это титульная музыка из Twin Peaks». Музыка «существует сама по себе, как ручей». Девушка говорит ему: «Angelo Badalamenti вовсе не такой уж и слабоумный». Музыка как момент интимности.
Немецкий оригинал
«Im Zimmer, in dem vorhin das Mädchen zu den Pet Shop Boys getanzt hat, spielt jetzt eine Melodie, die ich irgendwoher kenne. Ich gehe hinein und stelle mich vor einen Lautsprecher, und versuche mich zu erinnern, was das für ein Lied ist. Irgend etwas aus dem Fernsehen, denke ich. Ich komme da gleich drauf, ist aber auch nicht schlimm, wenn es mir nicht einfällt, weil die Musik einfach nur schön ist und für sich selbst existiert, wie ein Bach oder ein Bergfluß. Und während ich so einen unglaublichen Unsinn denke, nein, eher so einen Unsinn fühle, da fällt es mir ein, was das ist, meine ich. Das ist die Titelmusik aus Twin Peaks, dieser Fernsehserie, die mal auf RTL lief.»
«И пока я стою перед ящиком и, наверное, выгляжу очень прикольно, потому что, слегка набычив голову, поглаживаю рукой волосы на своем затылке и одновременно задумчиво слушаю эту мелодию – более красивого музона я действительно в жизни не слыхал, – ко мне обращается некая телка и говорит (я ничего не придумываю, она и в самом деле сказала буквально следующее): «Анджело Бадаламенти, выходит, совсем не dementi[11]».»
[DE L121] · [RU L102]
You're My Heart, You're My Soul
Александр, друг по Залему, годами путешествует по миру, отслеживая распространение хита «You're My Heart, You're My Soul» — «поистине очень плохой песни». Не на Фуэртевентуре, а в Пакистане, Бангладеш, Камбодже. Поп-музыка как (возможно, выдуманная) теория глобализации.
Немецкий оригинал
«Was ich eben meinte mit den Briefen, die ich nicht verstanden habe, muß ich noch mal erklären. Also: Der Alexander ist jahrelang nach dem Abitur nur herumgereist, in der ganzen Welt, und er hat mir zum Beispiel geschrieben, er wäre auf der Suche nach den Spuren des Liedes Youre my heart, youre my soul von Modern Talking, das ja nun wirklich ein sehr, sehr schlechtes Lied ist, aber er wäre jedenfalls unterwegs, um zu sehen, wie weit Youre my heart, youre my soul verbreitet ist, nicht in Orten wie Fuerteventura und so, das weiß man ja eh, daß da sowas gerne gehört wird, sondern eben in Pakistan und in Bangladesch und in Kambodscha. Alexanders Eltern sind früh gestorben, beide bei einem Autounfall, und so hat er ziemlich viel Geld geerbt, und anstatt es anzulegen oder sich sieben Porsches zu kaufen oder Gott weiß was, gibt er eben das Geld seiner Eltern dafür aus, durch die Welt zu reisen und sehr seltsamen ^eorien nachzugehen über die Verbreitung der Popmusik.»
«Я должен объяснить, чтó имел в виду, когда упомянул его письма, которые не мог понять. Дело тут вот в чем: Александр на протяжении нескольких лет после окончания школы путешествовал по всему миру, и он, например, писал мне, что идет по следам песни You’re my heart, you’re my soul группы Modern Talking, песня эта на самом деле дерьмовая, но он ездил всюду лишь для того, чтобы выяснить, как далеко простирается ее популярность, – не в такие места, как Фуэртевентура[18] и пр., потому что всем и так ясно, что там ее охотно слушают, а, скажем, в Пакистан, и в Бангладеш, и в Камбоджу. Родители Александра давно умерли (погибли в автокатастрофе), и он унаследовал кучу денег, но вместо того, чтобы вложить их во что-то путное, или купить себе семь «поршей», или еще как-то с пользой ими распорядиться, он тратит лавандос своих предков на то, чтобы мотаться по всему миру и проверять свои завороченные теории о распространении поп-музыки.»
[DE L198] · [RU L175]
Es geht voran (It Moves Forward)
Александр умеет играть на гитаре ровно две песни. Одна — «Es geht voran» Fehlfarben (классика NDW, Neue Deutsche Welle 1981). Наряду с Brother Louie — два единственных элемента его репертуара.
Немецкий оригинал
«Also, er sitzt er da in der Bar, und irgendein Inder plänkelt in der Ecke auf einer Wandergitarre herum, die ihm, dem Inder, so ein durchreisender Hippie verkauft hat für einen Batzen Heroin, und plötzlich streckt der Inder dem Alexander die Gitarre hin und fragt ihn, ob er nicht was vorspielen kann. Das Interessante daran ist, daß Alexander eigentlich nur genau zwei Lieder auf der Gitarre spielen kann. Das eine ist Es geht voran von den Fehlfarben, und das andere ist Brother Louie von Modern Talking. Jedenfalls schnappt Alexander sich die Gitarre und fängt an, die ersten blöden Akkorde von Brother Louie zu spielen. Der Inder grinst und schnippt mit den Fingern und stampft mit den Füßen auf dem Lehmboden der Bar herum, und plötzlich füllt sich die ganze Bar mit Indern, die sich, angelockt von der Musik, alle um Alexander scharen, und, jetzt kommt‘s : Alle kennen das Lied ganz genau, und durch die dreckige Bar mitten in der Wüste erschallt ein Männerchor: Brother Louie, Louie, Louie... How you douie, douie, douie.»
«Одна – это Es geht voran группы Fehlfarben, а другая – Brother Loui, хит Modern Talking. В общем, Александр принимает гитару и берет первые долбаные аккорды из Brother Loui. Индус в отпаде, он щелкает пальцами, притоптывает ногами по глиняному полу, и внезапно весь бар наполняется другими индусами, которые, привлеченные звуками музыки, скапливаются вокруг Александра, и происходит следующее: все они, как оказалось, прекрасно знали эту песню, и вот уже в этом занюханном баре посреди пустыни хор мужских голосов поет: Brother Loui, Loui, Loui… How you doui, doui, doui.»
[DE L200] · [RU L178]
Brother Louie
Вторая из двух песен Александра. Кульминация: в грязном баре за индо-пакистанской границей он берёт гитару у индуса и играет первые «дурацкие аккорды» Brother Louie — и вдруг весь бар подхватывает: «Brother Louie, Louie, Louie… How you douie, douie, douie». Хит достигает мест, куда не дотягивается никакой другой язык.
Немецкий оригинал
«Also, er sitzt er da in der Bar, und irgendein Inder plänkelt in der Ecke auf einer Wandergitarre herum, die ihm, dem Inder, so ein durchreisender Hippie verkauft hat für einen Batzen Heroin, und plötzlich streckt der Inder dem Alexander die Gitarre hin und fragt ihn, ob er nicht was vorspielen kann. Das Interessante daran ist, daß Alexander eigentlich nur genau zwei Lieder auf der Gitarre spielen kann. Das eine ist Es geht voran von den Fehlfarben, und das andere ist Brother Louie von Modern Talking. Jedenfalls schnappt Alexander sich die Gitarre und fängt an, die ersten blöden Akkorde von Brother Louie zu spielen. Der Inder grinst und schnippt mit den Fingern und stampft mit den Füßen auf dem Lehmboden der Bar herum, und plötzlich füllt sich die ganze Bar mit Indern, die sich, angelockt von der Musik, alle um Alexander scharen, und, jetzt kommt‘s : Alle kennen das Lied ganz genau, und durch die dreckige Bar mitten in der Wüste erschallt ein Männerchor: Brother Louie, Louie, Louie... How you douie, douie, douie.»
«Одна – это Es geht voran группы Fehlfarben, а другая – Brother Loui, хит Modern Talking. В общем, Александр принимает гитару и берет первые долбаные аккорды из Brother Loui. Индус в отпаде, он щелкает пальцами, притоптывает ногами по глиняному полу, и внезапно весь бар наполняется другими индусами, которые, привлеченные звуками музыки, скапливаются вокруг Александра, и происходит следующее: все они, как оказалось, прекрасно знали эту песню, и вот уже в этом занюханном баре посреди пустыни хор мужских голосов поет: Brother Loui, Loui, Loui… How you doui, doui, doui.»
[DE L200] · [RU L178]
cheap techno in the cellar
Бар Eckstein во Франкфурте. В подвале играет «какая-то дешёвая техно-музыка». Не конкретный трек — жанровый фон, под который спускается Александр.
Немецкий оригинал
«Es ist schon ziemlich spät am Abend, das Eckstein ist voll. Unten, im Keller, spielt irgendwelche Billig-Techno-Musik. Ich setze mich auf einen Hocker an der Bar oben und bestelle einen Apfelwein. Ich trinke immer Apfelwein, wenn ich in Frankfurt bin. Ich liebe diesen stechenden Schmerz hinter dem linken Auge, der sich nach dem zweiten Glas einstellt. Das ist fein, weil Äbbelwoi so etwas wie einen Kater gibt, bevor man überhaupt betrunken gewesen ist.»
«Уже поздний вечер, в «Экштейне» полно народа. Внизу, в подвальчике, играет дешевое техно. Я сажусь на высокий табурет у стойки бара (в верхнем помещении) и заказываю себе сидр. Я всегда пью сидр, когда бываю во Франкфурте. Я люблю этот болезненный укол под левым глазом, который чувствуешь после второго стакана. Это мне в кайф, как и то, что от сидра голова тяжелеет еще прежде, чем ты толком напьешься.»
[DE L229] · [RU L206]
Smokie (in Bravo magazine)
Воспоминание о Мадейре: трёхнедельной давности журнал Bravo (тогда «ещё не порножурнал») — фотосюжеты о Smokie. Ностальгия всегда материальна: прикреплена к брендам, кадрам, поп-звездам.
Немецкий оригинал
«Wir wohnten im Reid‘s Hotel, und mein Vater hat sich einen Tag lang abgesetzt, weil er irgendwelchen Geschäften nachgehen mußte. Das muß man sich mal vor Augen führen: Geschäfte auf Madeira. Na ja, egal. Ich hab mich also in diesem alten, furchtbar ehrwürdigen Kolonialhotel herumgetrieben und grausam gelangweilt. Ich hab im Billardzimmer eine drei Wochen alte Bravo gelesen, da war die Bravo noch nicht so ein Pornoheft wie heute, mit nackten 17jährigen Lesben zu zweit unter der Dusche, sondern mit schamhaften Artikeln über den Erguß und Fotostorys über Rob-by Müller von den Teens, über Smokie, oder über ^ommy Ohrner in der Fernsehserie Timm ^aler, der ersten Serie übrigens, in der jemand weiße Bermudashorts und Collegeschuhe trägt mit goldenen Schnallen.»
«Мы жили в отеле «Рейд», и однажды мой папаша отвалил куда-то на целый день, по делам. Вы только представьте: приехать на Мадейру, чтобы заниматься делами… Ну ладно, это все не в тему. Я, значит, остался один в этом старом, ужасно престижном колониальном отеле и от скуки не мог найти себе места. В бильярдной я нашел «Браво» трехнедельной давности и стал его читать; в то время «Браво» еще не был такой порнухой, как сегодня, когда на его обложке красуются фотки голых семнадцатилетних лесбиянок, моющихся вдвоем под душем, – тогда в нем печатали лицемерно-стыдливые статьи о ночном семяизвержении у мальчиков, вперемежку с фоторепортажами о юном даровании Робби Мюллере, о Smokie или о Томми Орнере, сыгравшем главную роль в телесериале «Тим Талер» (кстати, именно в этом сериале мы впервые увидели белые бермуды и сандалеты с золотыми застежками).»
[DE L267] · [RU L238]
smooth jazz, Stan Getz
Вечеринка Eugen'а в Гейдельберге. Где-то играет «лёгкая барная музыка, что-то джазовое». Позже, убегая из подвала, рассказчик вспоминает: «Stan Getz. Был такой CD, с Astrud Gilberto. Walkman-Jazz он назывался». Музыка, которая звучала в момент травмы.
Немецкий оригинал
«Ich gehe als letzter hinein, den Leuten nach, und irgendwo läuft Musik. Keine unangenehme Musik, sondern so leichte Barmusik, so was Jazzartiges, das aber nicht jaulig ist oder trötig, sondern eben nur sehr angenehm. Ich komme nicht drauf, was es genau ist. Ich hab die Platte aber mal besessen, das weiß ich genau. Eugen, der vorhin in einem anderen Taxi gefahren ist, legt mir schon wieder den Arm um die Schulter und sagt, ich solle mich hier wohlfühlen, und dann fragt er mich, was ich denn trinken möchte. Bier steht da hinten, sagt er, und Sekt gibt es in der Küche. Ich bedanke mich und sage, ich hätte ganz gerne ein Bier. Ich bekomme sofort eins in die Hand gedrückt, ein offenes. Die Leute sind alle unheimlich freundlich zu mir, obwohl ich, wie gesagt, absolut niemand kenne.»
«Я закрываю глаза и бегу вверх по ступенькам, пару раз падаю, больно ушибая колени. Но я не хочу, не могу открыть глаза. Наверху, в холле, опять играет та же спокойная джазовая музыка. Стэн Гетц, проносится у меня в голове, это Стэн Гетц. Был такой CD, где он играл вместе с Аструд Джильберто. Называлось все это Walkman-Jazz. Или не CD, а пластинка? Существовали ли вообще в то время CD-диски? На пути к выходу я сбиваю пару пустых бутылок, потому что глаза у меня все еще закрыты, и они разбиваются вдребезги на каменном полу, и кто-то кричит мне вслед нечто неразборчивое, и кто-то другой смеется, и когда я оказываюсь на улице, по ту сторону двери, все вдруг делается желтым, хотя глаза я так и не открыл, и в тот же миг сознание мое отключается.»
[DE L302] · [RU L288]
piano sonata by Mozart or Beethoven
В upstairs-комнате Eugen'а на диване пара занимается петтингом, из динамика — «фортепианная соната Моцарта или Бетховена. Я не очень разбираюсь в классической музыке». Классика как фон удушающего интерьера.
Немецкий оригинал
«Auf einem Sofa in der Ecke sitzen ein Mädchen und ein älterer Mann, und die beiden küssen sich. Na ja, alt ist vielleicht zuviel gesagt, aber vierzig ist der Mann schon. Er hat seine Hand unter ihren Pullover geschoben, und er fummelt da an ihr herum, und die beiden hören auch nicht auf, als Eugen und ich hereinkommen. Aus einem Lautsprecher kommt so eine Klaviersonate von Mozart oder Beethoven. Ich kenne mich nicht so genau aus mit klassischer Musik. Die beiden befummeln sich immer noch. Mir gefällt das Ganze überhaupt nicht, und ich habe das allerdringendste Verlangen, aus dem Zimmer zu gehen und wieder nach unten, ich tue es aber nicht, aus Höflichkeit. Das ist ganz schön dumm von mir, aber ich bin nun einmal ein höflicher Mensch, da kann man meistens nichts machen.»
«На софе в углу сидят какая-то краля и пожилой хмырюга, они целуются. Пожилой – это, может быть, чересчур, но за сорок ему точно перевалило. Он засунул руку под ее свитер и лапает ее, и оба даже не слышат, что Ойген и я вошли в комнату. Из динамика доносится фортепьянная соната Моцарта или Бетховена. Я не особенно разбираюсь в классической музыке. Те двое продолжают обжиматься. Мне это совсем не нравится, и я испытываю чуть ли не физическую потребность убраться отсюда, опять спуститься вниз, но не делаю этого из вежливости. Это, конечно, большая глупость, но вежливость у меня в крови – тут уж ничего не поделаешь.»
[DE L312] · [RU L278]
ethereal music, like Vollenweider or Koyaanisqatsi
Рейв на лугу за Мюнхеном. В шатре играет «более тихая музыка, не с такимstampf-битом, а скорее неземная. Звучит как Andreas Vollenweider или как музыка из фильма Koyaanisqatsi». Рассказчик вспоминает, как переключил канал, потому что фильм был «невыносим». Музыка как диагноз поколения.
Немецкий оригинал
«Die Musik auf der Tanzfläche ist recht laut. Hinter uns, in dem Pyramidenzelt, läuft leisere Musik, auch nicht mit so einem Stampfbeat, sondern eher sphärisch. Es klingt nach Andreas Vollenweider oder nach der Musik aus diesem Film Koyaanisqatsi, den ich neulich im Fernsehen gesehen habe. Nach einer halben Stunde habe ich wieder abgeschaltet, weil der Film so unerträglich war. Ich meine, da passierte überhaupt nichts. Die Kamera ist über so Landschaften rübergefahren, und alles lief beschleunigt ab, und im Grunde war der Film nichts anderes als ein ellenlanges, endlos dröges Musikvideo. Kaum zu glauben, daß sich jemand im Ernst so etwas zwei Stunden lang ansieht. Vielleicht ja Alexander, zusammen mit seiner Varna.»
«Музыка на танцплощадке чересчур громкая. Позади нас, в пирамидальной палатке, звучит более тихая музыка, и ритм у нее совсем не резкий – в ней даже есть что-то, вызывающее ассоциации с небесными сферами. Она напоминает мелодии Андреаса Фолленвайдера или музыку из фильма «Koyaanisqatsi», который я недавно смотрел по телеку. Впрочем, через полчаса я выключил телевизор, потому что фильм был просто невыносимый. Я имею в виду, что там вообще ничего не происходило. Камера проплывала над разными ландшафтами в непрерывно убыстряющемся темпе, и по сути фильм представлял собой не что иное, как растянутый до бесконечности скучный музыкальный клип. Трудно поверить, что кто-то может всерьез смотреть такую шнягу на протяжении двух часов. Разве что Александр, вместе со своей Варной.»
[DE L342] · [RU L306]
Ton Steine Scherben from the speakers
Воображаемая сцена: туареги в синих тюрбанах и Dr. Martens едут на Fiat Uno, вставляют в магнитолу «кассеты Hausbesetzer» и хлопают в ладоши, когда из динамиков «орёт Ton Steine Scherben». Немецкий левый рок как экзотическая фантазия.
Немецкий оригинал
«da unten ein ganzer Haufen Tuareg mit strahlend blauen Turbanen und Doc Martens an den Füßen Fiat Uno fährt. Wahrscheinlich schieben sie die Hausbesetzer-Kassetten in die Auto-Anlage und klatschen in die Hände und freuen sich, wenn Ton Steine Scherben aus den Lautsprechern plärrt oder ^e Clash oder was auch immer Autonome so für Kassetten mitnehmen, wenn sie durch die Wüste fahren.»
«Какие-то номады – туареги, или бойцы Полисарио, или бог весть кто еще – подкарауливают этих бедолаг в песках. Они перегораживают шоссе канистрами с бензином, расстреливают автономистов, которые настолько тупы, что останавливаются перед препятствием, а машины просто забирают себе. Такое случалось уже неоднократно, рассказывает Ролло, и в тот момент, когда я себе это представляю, я даже не знаю, кто выглядит прикольнее – мертвые автономисты с их свалявшимися лиловыми хайрами и кольцами в носах, которые, лишившись своих долбаных шузов от Док Мартинса, постепенно иссыхают в песках пустыни, или туареги в ярко-синих тюрбанах и тех же самых шузах от Док Мартинса, которые набились, как сельди в бочку, в кабину «фиата» и теперь гонят его через Сахару. Наверное, они уже вставили кассету в плеер, хлопают в ладоши и от души веселятся под оглушающие звуки Ton Steine Scherben, или The Clash, или чего-то еще, что автономисты обычно берут с собой в пустыню.»
[DE L377] · [RU L340]
Sandinista! / Spanish Bombs
На автобане рассказчик воображает берлинских автономов в пустыне: «Я представляю это так, будто Clash поют Sandinista или Spanish Bombs in Andalufia». Музыка как саундтрек политической фантазии — и тут же иронически обнуляется (автономы мертвы).
Немецкий оригинал
«Ich stelle mir das vor, wie ^e Clash Sandinista singen oder Spanish Bombs in Andalufia, so Aufrührerlieder eben, und die Tuareg heizen mit diesen blöden Kleinwagen durch die sengende Wüste, und ab und zu schießt einer mal aus dem Fenster in die Luft, und alle haben einen irrsinnigen Spaß dabei. Die Autonomen hatten in ihren Autos nämlich auch noch große Gras-Beutel und flaschenweise Jack Daniels versteckt, obwohl das ja so ein völlig reaktionäres Schweine-Red-Neck-Getränk ist, aber Berliner Autonome trinken das nun mal. Die sind eben etwas verdreht im Kopf, aber jetzt sind sie sowieso tot, und sie liegen am Straßenrand, und die Sonne schält ihnen die Haut von ihren ausgemergelten Verliererphysiognomien, und nach Aas aus dem Schnabel riechende Geier hacken ihnen jetzt die Augen aus, den blöden Hausbesetzern. Schön dumm.»
«Какие-то номады – туареги, или бойцы Полисарио, или бог весть кто еще – подкарауливают этих бедолаг в песках. Они перегораживают шоссе канистрами с бензином, расстреливают автономистов, которые настолько тупы, что останавливаются перед препятствием, а машины просто забирают себе. Такое случалось уже неоднократно, рассказывает Ролло, и в тот момент, когда я себе это представляю, я даже не знаю, кто выглядит прикольнее – мертвые автономисты с их свалявшимися лиловыми хайрами и кольцами в носах, которые, лишившись своих долбаных шузов от Док Мартинса, постепенно иссыхают в песках пустыни, или туареги в ярко-синих тюрбанах и тех же самых шузах от Док Мартинса, которые набились, как сельди в бочку, в кабину «фиата» и теперь гонят его через Сахару. Наверное, они уже вставили кассету в плеер, хлопают в ладоши и от души веселятся под оглушающие звуки Ton Steine Scherben, или The Clash, или чего-то еще, что автономисты обычно берут с собой в пустыню.»
[DE L378] · [RU L340]
Barclay James Harvest concert
Ролло рассказывает о первом косяке в четырнадцать лет — на концерте Barclay James Harvest, «такой свинской рок-группе с гигантским световым шоу». Bomblast-rock юности как форма посвящения.
Немецкий оригинал
«Das war Barclay James Harvest, so eine Schweinerock-Band mit Riesen-Lightshow. Dort hat er vor dem Konzert den ersten Joint geraucht, mit vierzehn. Und wenn Rollo so richtig betrunken ist, erzählt er in dieser komischen Hybridsprache von seinem ersten Auto, einem hellblauen VW-Käfer, und wie er damit zur Birnau gefahren ist, abends. Da hat er dann, mit achtzehn, nachdem er zwischen vierzehn und achtzehn der größte Mod des Bodensees war, den Bombast-Rock seiner Jugend wiederentdeckt. Das Mod-Sein hat er schnell wieder verworfen, obwohl hinten auf seinem Auto immer noch ein großer ^e Kids are alright-Auf-kleber pappte. Also, er parkte seinen Käfer, rauchte, und das Lied Nights in White Satin von Moody Blues wurde immer und immer wieder auf dem Kassettenrecorder zurückgespult. Dabei hat er sich dann mit der Zigarette immer absichtlich Löcher in den Arm gebrannt.»
«Иногда, когда Ролло возбужден или пьян, он начинает говорить как здешние парни. Тогда его голос становится слегка шепелявым, и на этом полушвабском наречии он чаще всего рассказывает о первом в своей жизни концерте, который слушал в Цеппелинхалле, во Фридрихсхафене. Это была группа Barclay James Harvest, гребаный рок-банд с мощным световым шоу. Перед этим концертом – в четырнадцать лет – он выкурил свой первый косяк. А когда Ролло напьется еще больше, он все на том же прикольном гибридном языке рассказывает о своем первом автомобиле, светло-голубом «фольксвагене-жуке». И как он на нем ездил по вечерам в Бирнау. Тогда, в восемнадцать лет, – после того, как между четырнадцатью и восемнадцатью он был самым крутым модом в окрестностях Боденского озера, – он вновь увлекся претенциозно-романтическим роком своего детства. От современных течений он быстро отошел, хотя на заднем стекле его машины еще долго красовалась большая наклейка The Kids are alright. Ну, значит, он где-нибудь припарковывал своего «жука», курил, а кассетник вновь и вновь прокручивал одну и ту же мелодию – Nights in White Satin группы Moody Blues. Сам же Ролло в это время нарочно прожигал себе сигаретой дырки в рукаве.»
[DE L394] · [RU L354]
Nights in White Satin
Ролло, восемнадцатилетний, в одиночестве у Birnau, перематывает на кассетнике «Nights in White Satin» Moody Blues снова и снова — и прижигает себе сигаретой дырки в руке. Музыка как аутодеструктивный ритуал юности.
Немецкий оригинал
«Das war Barclay James Harvest, so eine Schweinerock-Band mit Riesen-Lightshow. Dort hat er vor dem Konzert den ersten Joint geraucht, mit vierzehn. Und wenn Rollo so richtig betrunken ist, erzählt er in dieser komischen Hybridsprache von seinem ersten Auto, einem hellblauen VW-Käfer, und wie er damit zur Birnau gefahren ist, abends. Da hat er dann, mit achtzehn, nachdem er zwischen vierzehn und achtzehn der größte Mod des Bodensees war, den Bombast-Rock seiner Jugend wiederentdeckt. Das Mod-Sein hat er schnell wieder verworfen, obwohl hinten auf seinem Auto immer noch ein großer ^e Kids are alright-Auf-kleber pappte. Also, er parkte seinen Käfer, rauchte, und das Lied Nights in White Satin von Moody Blues wurde immer und immer wieder auf dem Kassettenrecorder zurückgespult. Dabei hat er sich dann mit der Zigarette immer absichtlich Löcher in den Arm gebrannt.»
«Иногда, когда Ролло возбужден или пьян, он начинает говорить как здешние парни. Тогда его голос становится слегка шепелявым, и на этом полушвабском наречии он чаще всего рассказывает о первом в своей жизни концерте, который слушал в Цеппелинхалле, во Фридрихсхафене. Это была группа Barclay James Harvest, гребаный рок-банд с мощным световым шоу. Перед этим концертом – в четырнадцать лет – он выкурил свой первый косяк. А когда Ролло напьется еще больше, он все на том же прикольном гибридном языке рассказывает о своем первом автомобиле, светло-голубом «фольксвагене-жуке». И как он на нем ездил по вечерам в Бирнау. Тогда, в восемнадцать лет, – после того, как между четырнадцатью и восемнадцатью он был самым крутым модом в окрестностях Боденского озера, – он вновь увлекся претенциозно-романтическим роком своего детства. От современных течений он быстро отошел, хотя на заднем стекле его машины еще долго красовалась большая наклейка The Kids are alright. Ну, значит, он где-нибудь припарковывал своего «жука», курил, а кассетник вновь и вновь прокручивал одну и ту же мелодию – Nights in White Satin группы Moody Blues. Сам же Ролло в это время нарочно прожигал себе сигаретой дырки в рукаве.»
[DE L394] · [RU L354]
Sadeness (Part I)
Бар на Ибице: бармен переворачивает кассету, и когда из динамиков звучит «Sadeness от Enigma», все начинают мечтательно танцевать на гальке перед баром — некоторые уже без своих сумочек, совершенно голые. Музыка как триггер коллективного экстаза.
Немецкий оригинал
«Der Screwdriver kommt, und der Barkeeper dreht die Kassette um, und als Sadeness von Enigma aus den Lautsprechern kommt, fangen alle an, ganz versonnen auf dem Kies vor der Bar zu tanzen. Einige von ihnen haben noch nicht einmal mehr diese Beutelchen an. Sie sind völlig nackt, und während sie tanzen, schwingen ihre Hoden umher. Einer von ihnen, ein schwabbeliger Braungebrannter, hält sich immer so ein winziges Fläschchen, das er an einem Lederbändchen um den Hals hängen hat, unter die Nase, riecht dann daran und grinst ganz komisch.»
«Мне приносят водку со льдом и апельсиновым соком, бармен вставляет в проигрыватель кассету, и как только из динамиков доносятся первые звуки мелодии Sadeness, которую исполняет Enigma, все начинают самозабвенно танцевать на гравийной площадке перед баром. У некоторых из них нет даже этих самых гульфиков. Они полностью обнажены, и по ходу танца их мошонки беспорядочно болтаются туда и сюда. У одного из таких, студнеобразного загорелого толстяка, на шее висит крошечная бутылочка, привязанная к кожаному ремешку; время от времени он подносит ее к носу, нюхает и прикольно ухмыляется.»
[DE L439] · [RU L394]
I Want to Break Free
Рассказчик спешит обратно к мотороллеру мимо бара, где мужчины всё ещё танцуют, а теперь звучит «I Want to Break Free Фредди Меркьюри — кстати, одно из худших оскорблений поп-истории». Ирония: рассказчик презирает песню, но она — саундтрек его бегства.
Немецкий оригинал
«Danach bin ich natürlich sofort wieder zum Roller zurück, an der Bar vorbei, wo die Männer immer noch tanzen und wo jetzt Freddy Mercu-rys I want to break free läuft - übrigens eine der schlimmsten Zumutungen der Popgeschichte - um ganz schnell den Roller zu besteigen, den steilen Weg wieder hoch, zum Flughafen. Die allernächs-te Maschine ging nach Rom, und die habe ich dann auch genommen. So war das, meine zwei Stunden auf Mykonos.»
«Потом, натурально, я бегу назад к моему мотороллеру – мимо бара, где все еще танцуют говномесы и где теперь они прокручивают Фредди Меркюри I want to break free (один из худших попсовых шлягеров), – очень быстро забираюсь на него и мчусь вверх по крутой дороге обратно к аэропорту. Ближайший самолет отлетал в Рим, на него я и сел. Вот так я провел мои два часа на Миконосе.»
[DE L445] · [RU L400]
Your Feet's Too Big
Вечеринка на вилле у Боденского озера. Из спрятанных в кустах динамиков играет «кажется, будто живая группа», но на самом деле — пластинки. Первая вещь: «Your Feet's Too Big» Ink Spots, «такая чёрная группа из сороковых». «Это действительно хорошо. Ролло умеет делать вечеринки». Самый тёплый музыкальный момент романа.
Немецкий оригинал
«Dort hinten, neben einer Fackel, stehen Sergio und Karin, und ich sehe sie erst jetzt. Sergio, das ist der Kolumbianer, den ich am Strand von Sylt kennengelernt habe, vor ein paar Tagen. Die beiden halten sich an der Hand, aber eher so verspielt, nicht besonders innig. Ich überlege kurz, ob ich da hingehen und hallo sagen sollte, und während ich noch zögere, beginnt irgendwo Musik zu spielen. Es klingt so, als ob da eine Band spielen würde, aber in Wirklichkeit kommt es aus Lautsprechern, die hinter den Büschen versteckt sind. Die Musik ist ganz schön, ich kenne sogar die Stücke. Das erste ist Your feet‘s too big von den Ink Spots, das ist so eine schwarze Band aus den vierziger Jahren. Das ist wirklich gut. Rollo macht schon eine gute Party, soviel ist sicher.»
«Внизу, рядом с факелом, стоят Серхио и Карин, сперва я замечаю ее. Серхио – это тот колумбиец, с которым я познакомился на зильтском пляже, пару дней назад. Они держатся за руки, но скорее всего это не более чем игра, лишенная всякой задушевности. Я быстро пытаюсь сообразить, следует ли мне подойти к ним и поздороваться, и пока я еще стою в нерешительности, где-то начинает играть музыка. Похоже на то, что играет живой оркестр, но в действительности музыка доносится из усилителей, спрятанных за кустами. Музыка очень классная, я даже узнаю мелодии. Первая – Your feet’s too big в исполнении Ink Spots, была такая негритянская группа в сороковых годах. Это действительно кайфово. Вечеринка удалась на славу, что верно то верно.»
[DE L454] · [RU L409]
Вы сейчас в разделе:Музыка14 / 16