Еда и охота: две кухни двух миров
В «Воздухе» еда — не бытовая деталь, а способ различать миры и людей. У Пауля — ритуал пекарни на закваске, нож из Киото и недоеденный маффин, выброшенный в аэропорту. У Ильды — мешок бобов, зубчик чеснока и этический закон охоты: только лук, только когда необходимо. В Каменном городе — общая кухня и запрет есть мясо существ «у которых есть ноги». Каждая цитата автоматически подтягивается из SSOT перевода по номеру предложения — выдумать цитату здесь невозможно.
Содержание · 11 разделов
- Хлеб Пауля: ритуал на доверии
- Еда в пути: капучино и выброшенный маффин
- Охота Ильды: только по необходимости
- Кухня хижины: бобы, чеснок и кипячение
- Герцог Камберлендский: охота как развлечение
- Пища побега: от яблока пополам к мысли о собаке
- Ут и выживание: сырая рыба и прессованная ворвань
- Каменный город: общая кухня и запрет на мясо
- Ворвань: пища, свет и оружие
- Изобилие севера и возвращение аппетита
- Итог: еда как граница между мирами
1. Хлеб Пауля: ритуал на доверии
Еда в нити Пауля начинается с хлеба — и это целый ритуал. Пауль каждую неделю ездит в Оркнейскую пекарню на закваске, «хотя там, кроме трёх сортов заквасочного да нескольких булочек с корицей, торговать было особо нечем» [sent-93]. Пекарня даже попала в журнал «Куки» — «в довольно скромной статье (но с фотографией)» [sent-91].
При этом остров живёт на другой еде: «на Оркнейских островах люди предпочитали нарезной белый тостовый хлеб из супермаркета» [sent-95]. Два пищевых уклада рядом — ремесленный и промышленный — и Пауль принадлежит первому.
Покупка происходит «на доверии»: «бери нужные караваи, клади в бумажный пакет, а деньги переводи через приложение» [sent-112]. А дома ритуал завершается: «отрезал ломоть особо острым рифленым ножом из Киото», намазал «кислосливочным маслом» и достал соль «Блэкторн» с соляной плантации в Эршире [sent-124–sent-125]. Еда здесь — эстетический выбор, вещь с именем и происхождением.
«Er legte Wert darauf, die Bäckerei jede Woche zu besuchen, um Brot zu kaufen, obwohl sie außer den drei Sauerteigbroten und wenigen Zimtschnecken nicht viel im Angebot hatten.»
Он старался каждую неделю ездить в пекарню за хлебом, хотя там, кроме трёх сортов заквасочного да нескольких булочек с корицей, торговать было особо нечем.
sent-93 · глава 1 · нить paul
«Man solle sich einfach die gewünschten Brotlaibe herausnehmen, in eine Packpapiertüte tun und dann mit der App das Geld überweisen, auf Vertrauensbasis.»
Значилось: бери нужные караваи, клади в бумажный пакет, а деньги переводи через приложение — на доверии.
sent-112 · глава 1 · нить paul
«Zu Hause angekommen, nahm er das Brot aus der braunen Tüte, legte es in der Küche auf den Holzblock und schnitt sich mit dem extrascharfen Riffelmesser aus Kyoto eine Scheibe ab.»
Вернувшись домой, он достал хлеб из коричневого пакета, положил его в кухне на деревянную колоду и отрезал ломоть особо острым рифленым ножом из Киото.
sent-124 · глава 1 · нить paul
2. Еда в пути: капучино и выброшенный маффин
Когда Пауль отправляется в путь, еда теряет ритуальность и становится транзитной. В аэропорту он «рассеянно покупал себе капучино и черничный маффин» [sent-812] — и почти сразу выбрасывает: «бросая бумажный стаканчик и недоеденный остаток маффина в пёструю урну» [sent-827].
Дома перед отъездом он перекусывает на ходу — «выудил из каменной миски два солёных овсяных печенья» [sent-770]. Еда в нити Пауля либо curated-предмет (хлеб, соль, нож), либо одноразовый транзит; середины почти нет.
«Der Flug von Orkney nach Stavanger in Norwegen ging über Bergen, dort mußte man umsteigen, obwohl Stavanger viel näher an den Orkney Inseln lag, und während er flog und umstieg und durch die mehr als mürrische norwegische Paßkontrolle ging, und sich danach in den langen beleuchteten Gängen des Flughafens gedankenverloren einen Cappuccino und einen Blaubeermuffin kaufte, dachte er über Barnhill nach, ein Haus auf der Insel Jura, das ihm nie aus dem Kopf gegangen war.»
Он летел с Оркнейских островов до норвежского Ставангера через Берген, где приходилось делать пересадку, хотя Ставангер лежал куда ближе к Оркнейским островам, и пока он летел, пересаживался, проходил сквозь более чем угрюмый норвежский паспортный контроль, а затем, в длинных светящихся коридорах аэропорта, рассеянно покупал себе капучино и черничный маффин, он думал о Барнхилле — доме на острове Джура, который никогда не выходил у него из головы.
sent-812 · глава 5 · нить paul
«Die Zeit, die Zeit, wie soll denn das gehen, dachte er, während er die Papptasse und den ungegessenen Rest des Muffins in einen bunten Abfalleimer warf.»
Время, время, да как это вообще возможно, — думал он, бросая бумажный стаканчик и недоеденный остаток маффина в пёструю урну.
sent-827 · глава 5 · нить paul
«Er zuckte mit den Schultern, zog sich den alten löchrigen weißen Fischerpullover über den Kopf, angelte sich beim Durchqueren der Küche zwei salzige Haferkekse aus einer steinernen Schale, schlüpfte in die Gummistiefel und öffnete die Haustür.»
Он пожал плечами, натянул через голову старый дырявый белый рыбацкий свитер, пересекая кухню, выудил из каменной миски два солёных овсяных печенья, сунул ноги в резиновые сапоги и открыл входную дверь.
sent-770 · глава 5 · нить paul
3. Охота Ильды: только по необходимости
Охота Ильды открывается почти медитативно: «Рано, ещё до восхода солнца, Ильда стояла за деревом и медленно, осторожно поднимала лук» [sent-137]. Выстрел требует полной остановки дыхания: «когда она совсем затаила дыхание и сердце её билось почти где-то в другом месте, она отпустила тетиву» [sent-154].
Но у этой охоты есть этический закон. Однажды Ильда поставила силки на кроликов — «но когда однажды один из них запутался в ловушке, она не смогла его убить» [sent-534]. И из этого опыта родилось правило: «С этого мгновения она охотилась на зверей только с луком и стрелами, и лишь тогда, когда это было действительно необходимо» [sent-537].
Охота здесь — не спорт и не власть, а необходимость с ограничителем. Даже мясо для Ильды — прежде всего лекарство: «Ему нужно было мясо, чтобы зажило, думала она, бобов будет недостаточно» [sent-533].
«Früh, noch vor Sonnenaufgang, stand Ildr hinter einem Baum und hob langsam und vorsichtig den Bogen.»
Рано, ещё до восхода солнца, Ильда стояла за деревом и медленно, осторожно поднимала лук.
sent-137 · глава 2 · нить ildr
«Im Wald, jenseits des Firnbaches, hatte Ildr noch letzten Winter einige Kaninchenfallen aufgestellt, aber als sich einmal eines in der Falle verstrickt hatte, konnte sie es nicht töten.»
В лесу, за Фирнбахом, Ильда ещё прошлой зимой расставила несколько силков на кроликов, но когда однажды один из них запутался в ловушке, она не смогла его убить.
sent-534 · глава 4 · нить ildr
«Von diesem Augenblick an jagte sie Tiere nur mit Pfeil und Bogen, und nur dann, wenn es wirklich nötig war.»
С этого мгновения она охотилась на зверей только с луком и стрелами, и лишь тогда, когда это было действительно необходимо.
sent-537 · глава 4 · нить ildr
«Er mußte Fleisch essen, um zu heilen, dachte sie, Bohnen würden nicht ausreichen.»
Ему нужно было мясо, чтобы зажило, думала она, бобов будет недостаточно.
sent-533 · глава 4 · нить ildr
4. Кухня хижины: бобы, чеснок и кипячение
Домашняя кухня Ильды — кухня бедности и точности. «Она испытывала голод, а дома у неё не было ничего, кроме нескольких зубчиков чеснока и мешка фасоли» [sent-238]. Готовка раненого блюда описана по шагам: замочить и сварить бобы, мяса и соли нет, зато «она отломила от зубчика чеснока изрядный кусок» и нарезала его «тонкими кружками» в горшок [sent-319–sent-320]. И оценка гостя: «Ты хорошо готовишь» [sent-427].
Отдельный сюжет — кипячение воды. Чужак учит Ильду: «Ты должна вскипятить воду, и тогда она станет чистой» [sent-277], и объясняет через её картину мира: «Потому что в некипячёной воде обитают незримые существа, способные меня убить» [sent-286]. Микробная гигиена переведена на язык духов — и работает: «Вскипятить воду в котелке было делом простым» [sent-295]. Позже, при побеге, этот же закон станет предметом спора о справедливости: «когда ранили тебя, мы воду кипятили, а теперь вдруг нет» [sent-1067].
«Sie hatte Hunger, und zu Hause hatte sie nichts außer ein paar Knoblauchzehen und einen Sack Bohnen.»
Она испытывала голод, а дома у неё не было ничего, кроме нескольких зубчиков чеснока и мешка фасоли.
sent-238 · глава 2 · нить ildr
«Fleisch und Salz hatte sie nicht, aber dafür riß sie von einer Knoblauchzehe ein größeres Stück ab und schälte es mit ihrem Messer.»
Мяса и соли у неё не было, но зато она отломила от зубчика чеснока изрядный кусок и очистила его своим ножом.
sent-320 · глава 2 · нить ildr
«– Weil in dem ungekochten Wasser unsichtbare Wesen wohnen, die mich töten können.»
– Потому что в некипячёной воде обитают незримые существа, способные меня убить.
sent-286 · глава 2 · нить ildr
«– Aber das ist nicht gerecht, weil bei Dir haben wir das gemacht mit dem Wasserkochen, und nun bei mir auf einmal nicht.»
– Но это несправедливо, потому что когда ранили тебя, мы воду кипятили, а теперь вдруг нет.
sent-1067 · глава 6 · нить ildr
5. Герцог Камберлендский: охота как развлечение
Совсем другая охота — в нити Пауля, у герцога Камберлендского, который не мог подобрать красную краску «для большого салона в своём шотландском охотничьем замке» [sent-501]. Здесь охота — досуг власти. Утром — «общий обильный шотландский завтрак» [sent-503], днём герцог уезжает, а вечером «вернулся с охоты и смыл с перчаток и брюк кровь оленя и фазана» [sent-505].
Пауль в этой охоте не участвует — и причина этическая: «Он всё равно не собирался участвовать в охоте — ему было жаль зверей» [sent-504]. Две этики охоты в романе рифмуются: Ильда убивает только по необходимости, Пауль не убивает вовсе, герцог убивает ради развлечения — и кровь с его перчаток смывается так же буднично, как краска со стен. Герцог Твиота из мира Ильды — его трагическое зеркало; о двух герцогах — в справочнике персонажей.
«Und als der Herzog am späten Nachmittag in bester Laune von der Jagd zurückgekehrt war und er sich das Hirsch- und Fasanenblut von den Handschuhen und Hosen entfernt hatte, hatte ihn Paul mit einem etwas verlegenen Lächeln in den Salon geführt und ihm die Stelle an der Wand gezeigt, an der er das Rot appliziert hatte, das passende, richtige Rot.»
И когда герцог во второй половине дня в отличном расположении духа вернулся с охоты и смыл с перчаток и брюк кровь оленя и фазана, Пауль с несколько смущённой улыбкой провёл его в салон и показал место на стене, куда он нанёс тот красный — подходящий, правильный красный.
sent-505 · глава 3 · нить paul
«Er wollte ohnehin nicht an der Jagd teilnehmen, da ihm die Tiere leid taten, und so erschien ihm, während er aus Langeweile in den im Salon ausgelegten alten Magazinen blätterte, plötzlich in einem nostalgischen Artikel über Farah Diba und dem Schah von Persien die richtige Farbe vor Augen.»
Он всё равно не собирался участвовать в охоте — ему было жаль зверей, — и потому, листая от скуки старые журналы, разложенные в салоне, он вдруг увидел нужный цвет в ностальгической статье о Фарах Дибе и шахе Персии.
sent-504 · глава 3 · нить paul
6. Пища побега: от яблока пополам к мысли о собаке
Побег через лес вводит свою экономику еды. В дорожный мешок собирается минимум: «небольшой мешок с бобами… бурдюк с козьим молоком, десять неочищенных ашданне, несколько яблок, огниво» [sent-1054]. И появляется жест, который повторится не раз: «Они поделили яблоко, и каждый медленно и осторожно съел свою половину на ходу, не говоря ни слова» [sent-1105]. Позже он пожалеет даже об огрызках [sent-1142].
Голод нарастает и меняет мышление. В каменной пустыне «он видел, что Ильда и собака исхудали, и впервые его охватил страх, что они могут умереть с голоду» [sent-1707]; «Не нашлось даже ни одной саламандры, которую можно было бы поймать и съесть» [sent-1711]. И тогда приходит запретная мысль: «Ему пришла страшная мысль убить и съесть собаку, его передёрнуло, и он тотчас запретил себе это» [sent-1714]. Еда здесь — граница между человеком и тем, чем он не готов стать.
«Eine gute Kordel, ihren Pfeil und Bogen, einige Tücher zum Verbinden, zwei warme Decken, seinen Leinenbeutel, zwei Wämser aus Wolle, einen kleinen Sack mit Bohnen, ihr Messer, die Ziegenmilchhaut, zehn ungeschälte Aschdanne, einige Äpfel, den Zündstein.»
Крепкий шнур, её стрела и лук, несколько тряпиц для перевязки, два тёплых одеяла, его льняной мешок, два шерстяных камзола, небольшой мешок с бобами, её нож, бурдюк с козьим молоком, десять неочищенных ашданне, несколько яблок, огниво.
sent-1054 · глава 6 · нить ildr
«Sie teilten sich einen Apfel, und jeder aß seine Hälfte langsam und vorsichtig im Gehen, ohne zu sprechen.»
Они поделили яблоко, и каждый медленно и осторожно съел свою половину на ходу, не говоря ни слова.
sent-1105 · глава 6 · нить ildr
«Er sah, daß Ildr und die Hündin abgemagert waren, und zum ersten Mal überkam ihn die Furcht, sie könnten verhungern.»
Он видел, что Ильда и собака исхудали, и впервые его охватил страх, что они могут умереть с голоду.
sent-1707 · глава 10 · нить ildr
«Ihm kam der furchtbare Gedanke, die Hündin zu töten und zu essen, ihn schauderte und er verbat sich das sofort.»
Ему пришла страшная мысль убить и съесть собаку, его передёрнуло, и он тотчас запретил себе это.
sent-1714 · глава 10 · нить ildr
7. Ут и выживание: сырая рыба и прессованная ворвань
Герои просят у Ут еды: «Есть ли у вас что-нибудь поесть?» [sent-1801]. Она предлагает «немного овощей» [sent-1802] — и упрекает их за неумение добывать пищу: «– Почему вы не поймали рыбы?», «– Разве вы не знаете, что в реках водится рыба?» [sent-1804–sent-1812]. И показывает мастерство: «Очень скоро она поймала несколько рыб… извлекла из ила ещё несколько ракушек и речных раков» [sent-1827].
Её кухня — кухня экономии: «Они съедят всё сырым» — дрова нужно беречь, и Ут «с величайшим искусством разделала рыбу на филе и подала еду обоим» [sent-1830]. Для незнакомца вкус сырой рыбы становится странным мостом памяти: «Вкус и вид сырой рыбы напоминали незнакомцу о чём-то» [sent-1838]. А в её доме хранится запас севера: «У стены стояли железные вертела с нанизанной на них копчёной рыбой» [sent-1856], и топливо-еда одновременно: «– Прессованная ворвань» [sent-1860], которую выменивают «у ледяных людей… на нашу каменную резьбу» [sent-1862]. Об Ут как фигуре заботы и непрерывности — в справочнике персонажей.
«– Ihr wißt nicht, daß Flüsse Fische führen?»
– Разве вы не знаете, что в реках водится рыба?
sent-1812 · глава 10 · нить ildr
«Innerhalb kürzester Zeit hatte sie mehrere Fische gefangen, kam nun zurück ans Ufer, bückte sich, grub noch ein paar Muscheln und Flußkrebse aus dem Schlamm hervor und leerte alles auf die Steinplatten zu ihren Füßen.»
Очень скоро она поймала несколько рыб, вернулась к берегу, нагнулась, извлекла из ила ещё несколько ракушек и речных раков и высыпала всё на каменные плиты у своих ног.
sent-1827 · глава 10 · нить ildr
«Sie solle sich ihr letztes Brennholz sparen, sie würden alles roh essen, sagte sie und setzte sich hin, bat erneut um das Messer, öffnete die Muscheln und die Krebse, filetierte die Fische äußerst kunstvoll und reichte den beiden die Nahrung.»
Она сказала, чтобы та берегла последние дрова, — они съедят всё сырым, — и, сев, вновь попросила нож, открыла раковины и раков, с величайшим искусством разделала рыбу на филе и подала еду обоим.
sent-1830 · глава 10 · нить ildr
«Wir tauschen statt dessen mit den Eismenschen unsere Steinschnitzereien gegen Walfischtran.»
Вместо этого мы вымениваем у ледяных людей ворвань на нашу каменную резьбу.
sent-1862 · глава 10 · нить ildr
8. Каменный город: общая кухня и запрет на мясо
В Каменном городе еда устроена коммунистически: «большой склад, где собирали и прессовали ворвань, зал для резки камня и, наконец, общую кухню, где готовили всю еду» [sent-2336]. Гостям приносят: «копчёную рыбу, завёрнутую в солёные, тонко нарезанные листья морской капусты, несколько сырых мидий… и чашки с чуть створоженным, подслащённым, солоноватым молоком» [sent-2152].
У города есть пищевой кодекс. Про его обитателей сказано: «Они делят всё между собой, не едят мяса и мастерят чаши из камня» [sent-2715]. Запрет сформулирован и как принцип: «нельзя же есть мясо существ, у которых есть ноги» [sent-2128] — коров здесь держат ради молока [sent-2127]. Есть и гастрономическая энциклопедия: «изысканная сартовая ракушка… морские ежи, чьё содержимое ели сырым, вяленая на воздухе рыба, ворвань, в которой жарили рыбу и морскую капусту, и морской латук — особый вид водорослей, употреблявшийся ещё и как лекарство» [sent-2341]. Итог этой диеты как этики: «Питаться чем-то, кроме морской капусты и рыбы, и окружать себя чем-то, кроме камня, казалось ему просто-напросто неправильным» [sent-2359].
«Sie sahen den großen Lagerraum, in dem der Walfischtran gesammelt und gepreßt wurde, die Steinschneidehalle und schließlich die kommunale Küche, in der alle Mahlzeiten zubereitet wurden, und ihnen fiel auf, daß überall Kinder mit dabei waren.»
Они увидели большой склад, где собирали и прессовали ворвань, зал для резки камня и, наконец, общую кухню, где готовили всю еду, и заметили, что повсюду были дети.
sent-2336 · глава 12 · нить ildr
«Ein hübscher junger Mann kam herein, brachte ihnen geräucherten Fisch, der in gesalzenen, hauchdünn geschnittenen Seetang eingewickelt war, ein paar rohe Seemuscheln, noch in ihren offenen Schalen, und Becher mit leicht gestockter und gesüßter, salziger Milch, und ging ebenfalls wortlos wieder hinaus.»
Вошёл миловидный юноша, принёс им копчёную рыбу, завёрнутую в солёные, тонко нарезанные листья морской капусты, несколько сырых мидий, ещё в раскрытых створках, и чашки с чуть створоженным, подслащённым, солоноватым молоком, и так же молча вышел вон.
sent-2152 · глава 12 · нить ildr
«Schließlich könne man doch nicht das Fleisch von Wesen essen, die Füße hatten.»
В конце концов, нельзя же есть мясо существ, у которых есть ноги.
sent-2128 · глава 12 · нить ildr
«Man erklärte ihnen die köstliche Sartmuschel, zeigte die Seeigel, deren Inhalt roh gegessen wurde, den luftgetrockneten Fisch, das Walfett, in dem Fisch und Seetang gebraten wurde, und den Meereslattich, eine besondere Algenart, die man auch als Medizin verwendete.»
Им объясняли, что такое изысканная сартовая ракушка, показывали морских ежей, чьё содержимое ели сырым, вяленую на воздухе рыбу, ворвань, в которой жарили рыбу и морскую капусту, и морской латук — особый вид водорослей, употреблявшийся ещё и как лекарство.
sent-2341 · глава 12 · нить ildr
9. Ворвань: пища, свет и оружие
Ворвань (китовый жир) — универсальное вещество северного мира. Она горит в нишах: «небольшие лампы из китового жира, излучавшие тёплый бледно-жёлтый свет» [sent-2150]. Она — товар: на пристани «Выгружали горючую шерсть, мёд и ворвань, в обмен укладывали в лодки ножи, амулеты и туники» [sent-2396]. И она же — оружие обороны: «метательные ковши плотными кирпичами из ворвани» [sent-2664] и «несколько зарядов горящей ворвани, которые шлёпнулись о парус и мгновенно воспламенили его» [sent-2756].
В ледяном мире ворвань становится первой едой контакта. Ледяной человек делится всем: «нашёл здесь, в пустоши, человека, у которого ничего не было и который всем с ним поделился» [sent-2083], и Коэн ест: «на вкус — жирная ворвань, не то китятина, не то сырая птица. Он проглотил это, хотя голода не чувствовал» [sent-2068–sent-2069]. Из китовой кости здесь и очки от снежной слепоты [sent-1947]. Кит в «Воздухе» — не добыча, а среда: свет, тепло, еда и защита.
«Aus den Wänden hatte man in Dutzenden Reihen rechteckige Nischen herausgehauen, die kleine, hellgelb und warm leuchtende Walfischtranlampen beherbergten.»
Из стен были вырублены десятки рядов прямоугольных ниш, в которых помещались небольшие лампы из китового жира, излучавшие тёплый бледно-жёлтый свет.
sent-2150 · глава 12 · нить ildr
«Aber nun schossen die Steinstädter mit den Katapulten mehrere Ladungen angezündeten Walfischtran hoch, die gegen das Segel klatschten und es sofort in Flammen setzten.»
Но теперь каменноградцы метнули с катапульт несколько зарядов горящей ворвани, которые шлёпнулись о парус и мгновенно воспламенили его.
sent-2756 · глава 15 · нить paul
«Er fühlte den Glibber, und es schmeckte nach fettigem Tran, es war Walfisch oder roher Vogel.»
На ощупь это была склизкая масса, на вкус — жирная ворвань, не то китятина, не то сырая птица.
sent-2068 · глава 11 · нить paul
«Ein Gerät aus Walfischknochen mit kleinen Schlitzen darin, damit sie nicht schneeblind werden.»
Приспособление из китовой кости с небольшими прорезями, чтобы они не слепли от снега.
sent-1947 · глава 10 · нить ildr
10. Изобилие севера и возвращение аппетита
Финал пищевой дуги — возвращение с аскетического юга в избыток. Мир по берегам снова «пышный и буйно разрастающийся… мир изобилия» [sent-2964], и план прост: «собрать здесь, в лесах, ягоды, грибы и хворост, наловить рыбы и затем закоптить её в Гоце» [sent-2992]. Люди отвыкают от диеты Каменного города: «перейдут на тутовые ягоды и жареные птичьи яйца с грибами» [sent-3002] — а сбор ягод возвращает даже смех: «Они собирали тутовые ягоды… и смеялись друг над другом, когда фиолетовый сок стекал у них по подбородку» [sent-2999].
Но избыток не всегда вкусен: «из последних патронов подстрелили фазана… и вечером зажарили его на костре, но мясо оказалось старым и затхлым» [sent-3014] — фазан зеркально рифмуется с фазаном герцогской охоты. А отношение к еде оказывается чертой характера: Коэну «было всё равно, что есть: если еда была, он ел, если нет — оставался голодным» [sent-3036], тогда как Пауль в пути замечает, что «в самом деле скучал по вкусу ашданне» [sent-3035]. Еда в финале снова становится тем, чем была вначале: способом быть человеком в своём мире.
«Sie müßten nur vorher hier in den Wäldern Beeren, Pilze und Brennholz sammeln und Fische fangen und diese dann in Goz räuchern.»
Им лишь следовало заранее собрать здесь, в лесах, ягоды, грибы и хворост, наловить рыбы и затем закоптить её в Гоце.
sent-2992 · глава 16 · нить ildr
«Sie sammelten Maulbeeren aus den dornigen Büschen, soviel sie essen und tragen konnten, und sie lachten sich gegenseitig aus, wenn ihnen der violette Saft das Kinn hinabrann.»
Они собирали тутовые ягоды с колючих кустов, сколько могли съесть и унести, и смеялись друг над другом, когда фиолетовый сок стекал у них по подбородку.
sent-2999 · глава 16 · нить ildr
«Einmal schossen sie mit der letzten Munition einen Fasan, der vor ihnen aufflatterte, und sie garten ihn abends am Holzfeuer, aber das Fleisch schmeckte alt und modrig.»
Однажды они из последних патронов подстрелили фазана, вспорхнувшего перед ними, и вечером зажарили его на костре, но мясо оказалось старым и затхлым.
sent-3014 · глава 16 · нить ildr
«Ihm war Nahrung egal, entweder es gab welche, dann aß man, oder es gab keine, dann blieb man hungrig.»
Ему было всё равно, что есть: если еда была, он ел, если нет — оставался голодным.
sent-3036 · глава 16 · нить ildr
11. Итог: еда как граница между мирами
Если собрать все пищевые режимы романа, получится карта его миров. Нить Пауля: curated-потребление (закваска, нож из Киото, соль с именем) и одноразовый транзит (маффин в аэропорту). Хижина Ильды: скудость плюс точность (бобы, чеснок, кипячение). Побег: деление пополам и граница, которую нельзя переступить (мысль о собаке). Ут: сырая экономия каменной пустыни. Каменный город: общая кухня и запрет на мясо «существ с ногами». Ледяной мир: ворвань как свет, еда и оружие.
Еда в «Воздухе» — это способ говорить об этике. Ильда охотится только по необходимости [sent-537], Пауль отказывается от охоты из жалости [sent-504], Каменный город не ест мясо вовсе [sent-2715], а ледяной человек делится всем, что имеет [sent-2083]. Крахт не описывает меню — он описывает, как миры относятся к чужой жизни. И читатель, как и Пауль над тарелкой сырой рыбы [sent-1838], вдруг узнаёт в этом вкусе что-то давно забытое.
«Von diesem Augenblick an jagte sie Tiere nur mit Pfeil und Bogen, und nur dann, wenn es wirklich nötig war.»
С этого мгновения она охотилась на зверей только с луком и стрелами, и лишь тогда, когда это было действительно необходимо.
sent-537 · глава 4 · нить ildr
«Sie teilen alles, essen kein Fleisch und stellen Schalen her aus Steinen.»
Они делят всё между собой, не едят мяса и мастерят чаши из камня.
sent-2715 · глава 15 · нить paul
Вы сейчас в разделе:Еда и охота18 / 20